Темур Умаров: Ситуация в Южно-Китайском море становится непредсказуемой

10 мая 2017

Южно-Китайское море [ЮКМ] – одна из самых горячих точек мира в последние десятилетия. Совокупность экономических, политических и военно-стратегических особенностей моря делает его уникальным геополитическим объектом. Государство, которое будет контролировать ЮКМ будет иметь доступ к его ресурсам, что позволит снизить энергозависимость от зарубежных поставщиков и станет гарантом обеспечения продовольственной безопасности. А важней всего то, что государство, контролирующее все проходящие через ЮКМ торговые пути, будет иметь рычаг давления на зависящие от этих путей страны и монополию власти над экономическим развитием остальных стран региона.

Хотя территориальные споры в данном регионе существуют уже на протяжении многих лет, но лишь в последние десятилетия ситуация начала угрожать не только региональной безопасности, но и глобальной.

С тех пор, как в 2010-ом США заявили об их "возвращении в Азию", определяющим индикатором стабильности в регионе стало состояние китайско-американских отношений: с одной стороны, главных экономических партнёров, с другой – непримиримых соперников. Американский фактор стал причиной форсированной милитаризации островных образований в ЮКМ: КНР активно возводила искусственную сушу, строила на ней взлётно-посадочные полосы, военные базы.

Присоединение Штатов стало катализатором для других участников споров действовать. Ярким примером этому служит обращение Филиппин в международный арбитраж Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS) в отношении китайских притязаний на суверенитет над архипелагом Спратли и рифом Скарборо с иском против КНР, основанием для которого послужили столкновения в апреле 2012 года.

В последующие годы ситуация в Южно-Китайском море продолжала накаляться. Это связано в первую очередь с усилением американского военного влияния в регионе (в 2014 – подписано американо-филиппинское военное соглашение сроком на 10 лет, в мае 2016 – окончательно снято эмбарго США на ввоз военной продукции во Вьетнам). К тому же, в июле 2016 международным арбитражем было вынесено решение, по которому:

  • "Исторические права" - главный аргумент Китая в спорах - признаны противоречащими морскому праву (UNCLOS);
  • Действия КНР признаны противоречащими UNCLOS в плане экологии и регулировании рыболовства;
  • Суд также отверг юридический статус "линии девяти пунктиров" (территория, на которую претендует Китай).

Сегодня многим экспертам территориальный вопрос Южно-китайского моря кажется невозможным решить по следующим причинам.

Во-первых, главная проблема – неясность действий Китая в спорах. Главный вопрос: "Что Китай собирается делать с активно возводимой землёй искусственных островов? Это усугубляется нежеланием Пекина прояснить, на какие вообще воды он претендует за пределами 12-мильных территориальных вод, но в пределах «девятипунктирной линии».

Во-вторых, опасность создаёт принятое в США мнение, что главная цель Китая – вытеснить их из Азии и стать доминирующей силой в регионе. В то же время, в Китае полагают, что США используют споры о суверенитете КНР в ЮКМ (и не только в этом регионе), чтобы попытаться подорвать китайское влияние в АТР. Многие специалисты утверждают, причиной жёсткой политики США в ЮКМ является тот факт, что Штаты обеспокоены появлением новой державы, которая медленно, но верно составляет им конкуренцию по всем направлениям; они уверены в будущем столкновении двух держав и называют данное положение «ловушкой Фукидида».

В-третьих, на данный момент ситуация остаётся максимально непредсказуемой, во многом из-за появления на мировой арене новой фигуры в лице 45-ого президента США Дональда Трампа. В ходе своей предвыборной кампании он сделал немало жёстких популистских заявлений о вреде китайско-американских отношений для американцев, а его советник по стратегическим делам заявлял, что у него нет сомнений по поводу войны в Южно-Китайском море. Плюс к этому, ситуацию запутывает и политика «балансирования между державами» президента Филиппин Родриго Дутерте.

Но говоря о будущем развитии ситуации в ЮКМ, всё-таки не следует предаваться панике и готовиться к грядущему крупному конфликту. Прежде всего потому, что Дональд Трамп не единственный кандидат, так часто упоминавший Китай в предвыборной гонке. Китай традиционно является важной составляющей всех предвыборных кампаний (начиная с кампании Билла Клинтона в 1992 году). Более того, уже после встречи глав США и КНР в Мар-а-Лаго Трамп заявил, что «установил очень хорошие личные отношения с президентом Си», опровергвозможность ещё одного звонка с Тайванем, а также отказался называть Китай «валютным манипулятором». Эксперты говорят, что «шероховатости» в отношениях между крупнейшими державами удалось сгладить.

Темур Умаров - выпускник направления "Экономическое и политическое развитие стран Востока" ИБДА РАНХиГС при президенте РФ.

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги