Сергей Маркедонов: Северный Кавказ в единой российской семье

09 сентября 2014

Еще полгода назад ситуация на Северном Кавказе была одной из главных тем в дискуссиях и спорах о положении дел в России и на постсоветском пространстве. В канун зимних Олимпийских игр в Сочи конференции и круглые столы, посвященные кавказской политике, следовали один за другим. Остроты ситуации прибавляли как неоднократные обещания лидеров радикально-исламистского подполья сорвать главные спортивные соревнования четырехлетия, так и громкие террористические атаки. В канун нового 2014 года весь мир потрясли взрывы в Волгограде.

Но главные спортивные соревнования четырехлетия с точки зрения безопасности прошли безупречно. Ничего даже близко сопоставимого с терактами в городе-герое на Волге, московском метро или аэропорту Домодедово не произошло. Не случилась и масштабная дестабилизация в северокавказских республиках, хотя недостатка в прогнозах относительно таких сценариев в канун Белой Олимпиады было предостаточно. Более того, подготовка к Играм показала, что даже оппоненты и проблемные партнеры могут сойтись в такой точке, как необходимость кооперации по обеспечению безопасности Северного Кавказа. Готовность к сотрудничеству с Россией продемонстрировали не только США и Великобритания, но и Грузия, которая еще в 2012 году, во время президентства Михаила Саакашвили, склонялась к использованию северокавказской турбулентности в своих целях.

В апреле 2014 года было официально объявлено о «нейтрализации» Доку Умарова, лидера террористической организации «Эмират Кавказ», выступавшего не только за северокавказский «джихад», но и за распространение диверсионно-террористической борьбы против российской власти на другие регионы страны (Поволжье, Кубань). За шесть с половиной лет «Эмират Кавказ» стал главной угрозой для безопасности России в турбулентном регионе. При этом его деятельность рассматривалась как угроза и за пределами РФ. И в этом плане отнюдь не случайным является попадание Умарова и «Эмирата» в «черные списки» Госдепа США (в них фиксируются как наиболее значимые лидеры террористических структур, так и сами эти организации). Наверное, при иных обстоятельствах ликвидация Умарова привлекла бы значительное внимание экспертов и политиков. Однако стремительное развитие украинского кризиса, изменение статуса Крыма и вооруженный конфликт в Донбассе вытеснили Северокавказский регион из фокуса информационного внимания. Сегодня о нем говорят либо в контексте возможного влияния «крымского прецедента» на этнополитическое самоопределение республик Северного Кавказа, либо при обсуждении новых кадровых пертурбаций, призванных сделать региональное управление более эффективным. Между тем, от вытеснения северокавказских сюжетов на второй план информационной повестки дня они не перестали быть менее актуальными и не утратили своего самостоятельного значения вне всякой привязки к Крыму и перспективам развития полуострова в составе РФ.

Можно ли говорить о замирении Северного Кавказа или он по-прежнему остается ахиллесовой пятой России, претендующей на особую роль в Евразии? На первый взгляд, имеются серьезные доказательства, свидетельствующие о позитивных трендах. За прошлый год общее число жертв вооруженного насилия на Северном Кавказе сократилось по сравнению с 2012 годом на 239 человек, или на 19,5%.

В конце июня 2014 года в интернете появился видеоролик, в котором преемник Умарова Али Абу-Мухаммад Кебеков выступил с заявлением о том, что для него и для его соратников неприемлемы атаки против гражданских лиц, а также причинение вреда их собственности. Подобные инициативы и ранее озвучивались «джихадистами», хотя в реальности и не выполнялись. Во время так называемого умаровского «моратория» только за три месяца 2012 года от рук террористов погибло 22 человека, представляющих не вооруженные силы, полицию или внутренние войска, а гражданское население. Но если видеть в радикалах не альтруистов, а циничных представителей своего ремесла, то становится ясно, что их «миролюбие» – это следствие ослабления и утраты возможностей и ресурсов для новых терактов. В то же самое время ни у кого не должно складываться благостной картинки. Так, 12 августа 2014 года в столице Ингушетии Магасе состоялось выездное заседание Национального антитеррористического комитета (НАК), на котором были озвучены данные по последним восьми месяцам. Согласно им за это время было уничтожено 158 боевиков и предотвращено 35 терактов.

Следовательно, положение дел в северокавказских республиках требует самого пристального внимания. Но при попытке рассмотрения положения дел в регионе следует иметь в виду, что с того момента, когда проблемы Чечни превратили его в фокус международного внимания, многое изменилось. Ситуация на Северном Кавказе стремительно развивается, и в наши дни самый проблемный регион России совсем не похож на самого себя в 1990-х и первой половине 2000-х годов.

Читайте подробнее

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова.

Теги