Сергей Маркедонов. "Кавказский диалог", Чечня, Грозный. Путевые записки

02 августа 2016

Доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ Сергей Маркедонов на своей странице в фейсбуке поделился впечатлениями от завершившегося в Грозном "Кавказского диалога" и от поездки в Чеченскую Республику в целом:

"Еще немного про Чечню. Теперь уже слов, а не фотографий.

Начну с того, что всячески поддерживаю практику Фонда Горчакова проводить мероприятия за пределами российской столицы. Сам не раз продвигал этот тезис в своих записках в качестве эксперта этой уважаемой структуры. Мы говорим о российской, а не московской внешней политике. И раз так, то "Кавказский диалог" должен вестись в Грозном, Магасе, Нальчике, Владикавказе, Махачкале, Пятигорске. И участники форума должны понимать, что Россия – не одна Москва, а большая страна с разнообразными интересными регионами и самое главное, людьми. И люди эти вовсе не грезят под гребенку о "бегстве от империи" или "борьбе с рукой Кремля".

И вообще стоит понимать, что мир многоцветный.

Но вернемся к самому предмету. В первый раз я оказался в Чечне во время моей поездки в Ингушетию еще в феврале 1996 года. Ту поездку описывать надо отдельно, но ее роль в личном повороте от истории к актуальной политологической экспертизе была решающей. Таким образом, есть с чем сравнивать, тем паче, перед нынешней июльской поездкой я бывал в республике в конце июля прошлого года.

Само нынешнее мероприятие имело два отчетливых фокуса. Во-первых, общая ситуация в Кавказском регионе (начиная от Нагорного Карабаха и заканчивая влиянием Ближнего Востока и проблемами российской внешней политики в Закавказье). Тут все уже более или менее шло по накатанной колее.

Во-вторых, было важно посещение самого Грозного и горной Чечни. Мы прилетели в Беслан (хотя аэропорт называется Владикавказ, но расположен он именно в Беслане). Затем посетили мемориал Город ангелов, посвященный памяти жертв сентябрьской трагедии 2004 года. Тут особые разъяснения не требуются. Потом проехали через Черменский круг и Ингушетию. Когда-то административная граница Северной Осетии и Ингушетии напоминала, скорее, межгосударственный рубеж, а ингушские впечатления откровенно угнетали. Сегодня на глазах видны растущие дома, обрабатываемые сельхозполя, интересные памятники (хотя самая красота, конечно, не в Назрани, а в Джейраховском районе).

Схожие впечатления есть и от равнинной Чечни. Даже за год видна разница, появились полевые работы с техникой, какие-то аккуратно разбитые участки…

В рамках форума были запланированы и экскурсии, и общение с чиновниками. Чтобы все детально описать, наверное, много потребуется времени. Но краткие зарисовки хотелось бы сделать.

Столица Чечни представляет собой ухоженный и отстроенный город. Если не знать его истории совсем, то подумаешь, что войны тут вовсе не было. Вполне приличные парки, музеи, дома, кафе. Можно гулять вечером. Проверено опытом. И есть с чем сравнивать (впечатления 2015 года).

Что могу подчеркнуть особо? В этот раз в Грозном проходили международные соревнования по тхэквондо. Участники их жили в одном с нами отеле (были делегации из Украины, Греции и Косова (sic!), а украинцы даже расхаживали по гостинице в национальной форме). Вырос за год уровень сервиса. Да, и сейчас проблемы остаются (там на утюг в очередь надо выстраиваться, там телевизор не показывает, как нужно). Но чтобы чеченские мужчины корректно и вежливо работали в качестве официантов и портье! Если бы мне такое сказали несколько лет назад, не поверил бы.

Установка на то, чтобы ломать тренд и менять имидж Чечни идет с самого верха и до самого последнего водителя! Алкоголя нет в ресторанах и кафе. Можно купить в отеле в Грозном-сити на дцать-каком-то этаже. Впрочем, знатоки говорят, что "места знать надо"…

Есть туристы. Не только из республик Кавказа, видел жителей Калмыкии, например. Есть туристы и на территории горной Чечни, например, в комплексе Кезеной-Ам. Да что туристы! На строительстве комплекса работают даже рабочие из других регионов и стран СНГ! А ведь Веденский район считался совсем еще недавно едва ли не самым опасным на всем Северном Кавказе. А теперь пробежки утром можно делать по вчерашним "тропам Басаева". Ну а про природу я вообще не говорю, ибо ее красоту словами не передашь!

Из встреч с чиновниками особо бы выделил общение с министром по национальной политике, внешним связям, информации и печати Джамбулатом Умаровым. Само его выступление и ответы на вопросы содержали в самом сжатом виде общие идеологические и историософские представления нынешней республиканской власти. И потому представляют особый интерес. Я приведу основные тезисы министра:

- чеченцы – один из самых патриотичных народов РФ,

- Чечня – форпост и щит России по борьбе с ИГ*, ответственность за появление которого возлагается на Запад,

- республика сознательно сделала свой выбор в пользу РФ,

- была война, ее затеяли политики, народ не виноват (конкретные виновники не обозначались тоже, лишь самые общие намеки на тех, кто "хочет разделить и поссорить народы"),

- депортация рассматривается в контексте общих сталинских преступлений, от которых пострадал и русский народ не в меньшей степени,

- Кавказская война подается как борьба не столько русских и горцев, сколько как борьба воинов (которые были и там и там, был Байсангур Беноевский и Паскевич, а был и Ермолов). Интересно то, что министр Ермолова не демонизировал, отметил, что да, злой гений, но потом менял свои взгляды на жизнь;

- неприятие "западных ценностей";

- опора на "традиционализм" (как наши деды жили, как они исповедовали ислам).

Что тут скажешь? Есть в данном ряду и свои противоречия. Особенно про традиции. Разные они были, да и менялись. То, что сегодня республиканские представители ДУМ называют "традиционным исламом", в свое время насаждалось тем же Шамилем, и шли эти процессы совсем не так гладко. Да и сегодня как держать традиции, коли в горах населения немного и налицо набирающие мощь процессы урбанизации? И посещение, в частности, Чеберлоя это подтверждает.

Да, люди помнят свои корни (даже молодежь), приезжают к "родному пепелищу". Но многие села были разрушены в ходе депортации, а потом людей туда просто не прописывали и не пускали, мотивируя это отсутствием рентабельности, что, впрочем, чисто с экономической точки зрения было близко к правде.

Другой вопрос, что наша жизнь не сводится к одной лишь рентабельности. Тем не менее, возврат к прошлому без учета настоящего не кажется реалистическим. Но тут снова возникает вопрос, а чем наполнять республиканскую идеологию в условиях, когда ичкерийство проиграло (довелось реально своими глазами увидеть бывших его поборников, которые ушли от прежних убеждений), радикальный исламизм создает опасность, а в чувствах людей присутствует прагматика? Ну сколько мы будем воевать за самость, не лучше ли своя особая роль, но в составе России?

Данный тезис иной раз закамуфлирован в словах, но источниковедческий опыт помогает его обнаружить. Скажем честно, и Москва не слишком помогает с внятностью по части идеологии. Вот и получается опытным путем "традиционализм", как некий проект, ориентированный на интеграцию в российское пространство со своей "спецификой".

Теперь про нее несколько слов. Конечно, нельзя пройти мимо отчетливого возвеличивания отца и сына Кадыровых. Собственно говоря, в республике на всех уровнях присутствует культ трех личностей. Помимо Кадыровых, еще и Путин. Последний рассматривается, как сильный лидер, позволивший раскрыться "нашим нац. лидерам". Аккуратные попытки разговорить чеченских коллег по поводу необычайного культа личности и вертикали (которые чеченскому обществу исторически не очень-то свойственны) обычно заканчивались примерно такой формулой: "Ну да, есть культ, но есть и личность". Думается, тут корень в той же прагматике. Сохраниться, переступить войну, начать какое-то развитие…. А дальше опыт подскажет.

В Музее национальной истории доминирует археология, этнография, портретное искусство. Есть тому очевидное объяснение – последствия конфликтов. Но не только, как мне представляется. Комплексный (в английском есть хорошее слово для этого – comprehensive) исторический нарратив для республики со сложной историей, но в составе России крайне трудно конструировать. К слову сказать, музейный опыт Штатов с их сюжетами о гражданской войне и других сложностях с расовыми вопросами мог бы оказаться полезным. Если, конечно, про стратегию на будущее думать.

Вообще, подводя итоги, какое-то ощущение создается (сразу оговорюсь, при всей условности параллелей) такого ататюрковского что ли подхода. То есть строительства нового здания, конструирование некоей новой идентичности (пускай и с риторическими апелляциями к прошлому) с отчетливым этатистским фундаментом. Вот такие впечатления после июльского апдейта.

Конечно же, было приятно и полезно общение с коллегами, молодыми специалистами из стран Закавказья и республик нашего Кавказа".

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги