Керим Хас: Общественная дипломатия как необходимость в российско-турецких отношениях

24 ноября 2015

Выступление эксперта по евразийской политике Международной организации стратегических исследований, Анкара (Uluslararası Stratejik Araştırmalar Kurumu – USAK) Керима Хаса на Круглом столе Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М. Горчакова на тему "Публичная дипломатия в условиях современных международных вызовов", 21 ноября, МГИМО (У) МИД РФ в рамках Седьмого Всероссийского конгресса политологов "Политическая наука перед вызовами современной политики", 19-21 ноября 2015 г., Москва:

"Одним из важнейших инструментов внешней политики любого государства остается общественная дипломатия. Особую актуальность она приобретает сегодня, когда вся система международных отношений разбалансирована. Необходимо сразу отметить, что понимается под термином общественная дипломатия. Это, во-первых, система взаимодействия с зарубежными обществами в политических целях. Во-вторых, чрезвычайно важно представлять цель этой системы. Она заключается в трансляции информации об одном государстве другому и участии в выработке решений во внешней политике страны.

К сожалению, в современных условиях не приходится надеяться на то, что многие государства в скором времени придут к консенсусу и выработают ключевые подходы к осуществлению своих внешнеполитических задач. В то же время именно гражданское общество, которое на практике осуществляет принципы общественной дипломатии, уже сегодня может стать центробежной силой.

Действительно, правы будут и те, кто скажет, что международные отношения развиваются стремительно. Долгосрочные инвестиции, каковыми являются налаживание тесных контактов между представителями обществ, слишком медленно окупаются. В то же время, именно тесные дружественные связи между народами порой выступают более действенным механизмом, если не разрешения конфликтных ситуаций, то их предотвращения. Необходимость расширения рамок общественной дипломатии и ее реализация на практике может привести к улучшению геополитического климата в широком контексте, а также стать более действенным инструментом во взаимоотношениях на межгосударственном уровне.

Так, очевидным сегодня является необходимость расширения рамок аналитического, информационного, образовательного, культурного форматов общественной дипломатии.

В этом контексте развитие российско-турецких отношений – это пример общественной дипломатии в действии. Однако необходимо оговориться, что далеко не все вопросы удается решить, впереди предстоит большая работа.

Несмотря на широкое торгово-экономическое, энергетическое сотрудничество и планомерное развитие двусторонних отношений, наличие нерешенных региональных конфликтов, вновь порождает опасения, а также формирует негативное общественное мнение в Турции. Проблема Нагорного Карабаха, территориальные вопросы целостности Грузии, роль России в турецко-армянских отношениях, украинский конфликт и, наконец, сирийский кризис усугубляют и так напряженную региональную обстановку, задавая тон отношениям Анкары и Москвы. Однако указанные разногласия являются далеко не всем перечнем имеющихся региональных проблем.

Здесь, во-первых, необходимо понимать, что экономическое сотрудничество не должно становиться единственным позитивным направлением российско-турецких отношений. Более того, и оно в определенных случаях может подвергаться пересмотру. Так, после нарушения боевыми самолетами российской авиации воздушной границы Турции, государственный аппарат усилил негативную риторику в адрес России, открыто высказывалось недовольство внешней политикой Москвы, затрагивалась важнейшая сторона межгосударственного сотрудничества — энергетическая.

Трубопроводная дипломатия и прочные экономические связи необходимо дополнять созданием публичных платформ, деятельность которых сконцентрирована на внешнеполитическом, социально-экономическом и культурном аспектах взаимодействия двух государств. В этом контексте существующие образовательные программы, обмен студентами и представителями интеллектуального сообщества, а также сотрудничество аналитических и общественных исследовательских центров как нельзя лучше отражают перспективу углубления диалога между государствами и его гражданами[1].

Россия и Турция добились немалых успехов в развитии конструктивного диалога со времен холодной войны, хотя и находились по разную сторону "идеологических баррикад". Экономическое, культурное и социальное сотрудничество продолжает укрепляться, несмотря на то, что представление людей и в России, и в Турции относительно друг друга оставляет желать лучшего.

Во-вторых, образ "агрессора" в лице Москвы, сложившийся за последние годы ввиду событий на Ближнем Востоке и на Украине, присоединения Крыма к РФ, усугубляет возможное сотрудничество как на государственном уровне, так и в отношении между гражданами обоих государств.

Так, например, по оценкам опросов общественного мнения, приведенных одной из крупнейших организаций – Pew Research Center – отношение турецких граждан к России в целом нельзя назвать положительным. С 2012 г., на момент обострения событий в Сирии, 63% из них назвали Москву неблагоприятным партнером Анкары, а в 2014 г., после присоединения Крыма и продолжающегося конфликта на Украине, процент недовольных действиями РФ вырос до 73%[2], в России же в 2012 г. негативно оценивали действия турецкой стороны 28% респондентов[3]. Также приходится констатировать и факт увеличения недоверия к Москве, что сопровождает рост позитивных настроений турецких граждан относительно дальнейшего укрепления сотрудничества со странами НАТО. Так, за четырехлетний период, а именно с 2010-2014 гг. поддержка внутри страны североатлантического альянса выросла с 30% до 49% соответственно[4].

В-третьих, фактическое отсутствие российских культурных и образовательных центров в Турции вплоть до 2014 г., безусловно, сыграло свою роль. Так, лишь в прошлом году в Анкаре был открыт российский научный центр при участии Россотрудничества. Турецкая сторона, в отличие от российской, до сих пор не смогла реализовать ни один государственный проект, похожий на российский. С другой стороны, культурные центры в России, которые поддерживаются гражданским обществом и бизнес сообществом Турции, не привлекают достаточного внимания принимающей стороны. Москва могла бы проявлять больший интерес к поддержке турецких культурных центров на территории России, используя и их в качестве проводника российской истории и культуры. Так, например, один из этих центров недавно организовал в Стамбуле Олимпиаду по русскому языку Olimprus, в которой приняли участие около 3000 турецких студентов из ВУЗов страны.

Тюркология в России, по сравнению с исследованиями России в Турции, имеет длительную историю и является сильной школой востоковедения. В настоящее время существует порядка 32 кафедр тюркологии во многих вузах РФ, в то время, как большинство из имеющихся примерно 15 кафедр русского языка и литературы в Турции были открыты в последние десять лет.[5] Однако обмен студентами и преподавательскими составами между высшими учебными заведениями и представителями аналитических центров чрезвычайно мал.

В то же время, очевидна тенденция, на которую нельзя не обратить внимание. Российские туркологи на протяжении длительного времени так или иначе испытывают недоверие ко многим новым для них турецким источникам. От этого образуется вакуум, который необходимо заполнять. В этом случае важно диверсифицировать источники информации. Они не должны ограничиваться лишь теми, которые уже наработаны за долгие годы сотрудничества. На академической и интеллектуальной арене страны появилась масса новых источников, которые могли бы помочь российским туркологам по-новому взглянуть на Турцию.

В-четвертых, необходимо отметить проблемы в сфере туризма. Отдых по системе "все включено" сделал Турцию заложницей собственной политики получения большей прибыли. Безусловно, экономические показатели страны растут и за счет привлечения российских туристов. Однако, как представляется, важно расширять ознакомительные программы для граждан России. Ведь невозможно сформировать представление о России, посетив лишь Москву и Санкт-Петербург. В свою очередь, Анталья и другие прибрежные районы Турции не могут раскрыть богатство турецкой истории и культуры. Обоим государствам нужно развивать познавательное направление туризма.

В-пятых, современный мир представляет большие возможности в контексте ознакомления с культурой страны, ее социальной и экономической составляющей, а также в вопросе донесения информации. С другой стороны, здесь таится опасность дезинформации и подкрепления различного рода стереотипов. В этом контексте очень важно наладить конструктивные связи между представителями средств массовой информации. Российская сторона должна быть заинтересована в том, чтобы турецкая общественность имела возможность получать информацию не только из западных источников. Москва лишь в 2007 г. запустила свой первый международный проект по подаче событий, происходящих в стране, а именно "Россия сегодня" (Russia Today). Однако налицо существенная нехватка таких ресурсов на турецком языке, которые могли бы заполнить сформировавшийся вакуум вокруг информации о РФ. Действительно, в этом контексте можно вспомнить об интернет портале радио "Голос России" и нынешнем "Спутнике", которые в той или иной степени освещают международную обстановку, в основном концентрируясь на вопросах Ближневосточного конфликта. В то же время ощущается недостаток информации в отношении позиции Москвы по важнейшим вопросам международных отношений, что представляет большой интерес для турецкой общественности.

Сегодня, несмотря на тенденцию на охлаждение российско-турецких отношений и неуверенность политических элит обоих государств друг в друге, возникает прекрасный шанс для общественной дипломатии доказать, что Россия и Турция нужны друг другу. И дело не только в экономике и энергетике. Очевидно также, что Москве придется определить разносторонний характер отношений со своими партнерами, и следовать "инклюзивной" стратегии с политическими и общественными представителями Турции. Необходимо понимать, что лидеры стран в определенный момент времени сменятся, а народ останется все тот же, поэтому делать ставку исключительно на высший эшелон власти государств и обращать недостаточное внимание на гражданское общество – это заведомо проигрышная позиция".

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова.



[1] Подробнее см.: Habibe Ozdal, Hasan Selim Ozertem, Kerim Has, M. Turgut Demirtepe. “Turkey-Russia Relations in the Post-Cold War Era: Current Dynamics, Future Prospects”. USAK Center for Eurasian Studies. USAK report № 13-06, USAK Publications, Ankara, July 2013. PP. 55-68, (http://usak.org.tr/images_upload/files/türkiye%20rusya%20ing%20nete.pdf).

[2] Global Indicators Database. Pew Research Center // http://www.pewglobal.org/database/indicator/27/country/224/response/Unfavorable/

[3] Transatlantic Trends Key Findings 2014. The German Marshall Fund of the United States. P. 54. // http://trends.gmfus.org/files/2012/09/Trends_2014_complete.pdf

[4] Ibid. P. 45.

[5] Подробнее см.: Habibe Ozdal, Hasan Selim Ozertem, Kerim Has, M. Turgut Demirtepe. “Turkey-Russia Relations in the Post-Cold War Era: Current Dynamics, Future Prospects”. USAK Center for Eurasian Studies. USAK report № 13-06, USAK Publications, Ankara, July 2013. PP. 55-68, (http://usak.org.tr/images_upload/files/türkiye%20rusya%20ing%20nete.pdf).

Теги