Екатерина Тимошенкова: Меркель нужна демонстрация принципов

07 июня 2016

Отношения между Германией и Турцией резко накалились после того, как Бундестаг принял резолюцию, в которой квалифицировал действия турецкого государства по отношению к армянскому населению как геноцид. Две страны оказались на грани разрыва дипломатических отношений - Анкара отозвала своего посла в Берлине "для консультаций". О том, почему немецкие депутаты приняли заведомо скандальное решение именно сейчас и каким последствиям это приведет, в интервью "Росбалту" рассказала заместитель руководителя Центра германских исследований Института Европы РАН Екатерина Тимошенкова.

- Почему нижняя палата германского парламента именно сейчас проголосовала за резолюцию, квалифицирующую массовое уничтожение армян в Османской империи в 1915 году как геноцид?

- На самом деле депутаты Бундестага пытались провести эту резолюцию еще год назад, как раз к столетию тех трагических событий. Но тогда немецкие политики все же исходили из соображений, что не стоит ухудшать германо-турецкие отношения. Поэтому они рекомендовали отправить резолюцию в согласительную комиссию Бундестага, в которой ее легче всего так "заработать", чтобы о ней потом и не вспомнили. Так и получилось. Текст документа не был согласован, так что год спустя депутатам пришлось инициировать весь процесс заново.

- Почему все-таки год назад этот документ не стали принимать?

- Помимо того, что немецкие депутаты и политики тогда проявили определенную осторожность, испугавшись ухудшить отношения с Турцией, здесь для Германии есть еще один очень щекотливый момент. Дело в том, что в годы Первой мировой войны Германская империя была не просто союзницей Османской империи. На территории Турции тогда располагалась немецкая военная база. Есть свидетельства, что некоторые высокопоставленные немецкие офицеры того времени были не просто в курсе подготовки массовой высылки армян, которых в Стамбуле рассматривали тогда как "пятую колонну", работавшую на русских. Возможно, один из офицеров германского Генштаба имел непосредственное отношение к разработке закона о депортации армян.

Сегодня это уже спор историков, но в любом случае немцы знают, что они определенным образом имеют отношение к тем трагическим событиям. Долгое время Германия геноцид армян не признавала, и Турция в этом плане чувствовала себя спокойно.

- Что же изменилось в 2016 году?

- Дело в том, что, заключив спорное соглашение с Турцией о борьбе с миграционным кризисом, канцлер Германии Ангела Меркель настроила против себя союзников по коалиции из Христианско-социального союза (ХСС) во главе с Хорстом Зеехофером, который стал ее упорно критиковать. Турция же, гонениями на прессу, отменой иммунитета для курдских депутатов, показала нарастание авторитарных тенденций в своей политике, что вызвало резкое осуждение всех партий и населения Германии.

Плюс постоянное раскачивание лодки темой миграции, которую поднимают и Зеехофер, и Левая партия, и "Альтернатива для Германии". Они говорят, что нельзя сдавать свои принципы в угоду достижения краткосрочного эффекта в борьбе с миграционным кризисом.

Меркель была под прицелом такой критики и от нее требовали, чтобы она не поддавалась шантажу и называла вещи своими именами. В том числе, и по поводу антидемократических тенденций в Турции. Что она и пыталась делать, когда приезжала в Турцию, однако она явно не артикулировала внимание на этой проблеме.

- И каким образом это привело к необходимости признать геноцид армян?

- С начала миграционного кризиса в Европе критики федерального канцлера в Германии набирают вес. Это касается и Зеехофера, и партии "Альтернатива для Германии". Разные партии критикуют Меркель с разных позиций, но на Турции сошлись определенные настроения народа. В этой ситуации канцлеру нужно было продемонстрировать самостоятельность и отделить сделку с Турцией по миграции от тех негативных тенденций, которые происходят в этой стране, показать — мы видим, что там происходит и не молчим, не сдаем свои принципы.

Принятие Бундестагом резолюции о геноциде армян стало некой демонстрацией и своему населению, и Турции того, что руководство Германии не намерено замалчивать негативные тенденции во внутренней политике Анкары.

В то же время эта резолюция была преподнесена как решение депутатов, представителей народной воли, а не чиновников. Не случайно и сама Ангела Меркель, и вице-канцлер Зигмар Габриэль (СДПГ), и министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер (СДПГ) в этом голосовании не участвовали. Они озвучили свои позиции в поддержку этой резолюции публично, но лично не голосовали — в этот день у них нашлись другие важные дела. Сделано это было для того, чтобы у них была возможность вести дела с Турцией в дальнейшем.

- Немецкие политики просчитывали возможность ответных шагов Турции?

- Да, они понимали возможные последствия, предполагали, что принятие этого документа может ухудшить отношения с Анкарой, что приведет к тому, что Турция может отозвать своего посла "для консультаций" и вызвать посла ФРГ объяснений.

- На ваш взгляд, этот шаг немецких парламентариев как-то связан с процессом присоединения Турции к Евросоюзу? Ведь понятно, что теперь этот вопрос уходит далеко в сторону.

- Если исходить из того, что европейцы выставили Анкаре 55 условий, а она до сего дня выполнила только одно, то ясно, что перспектива вступления Турции в ЕС никогда не была очевидно желаемой и для Европы, и для самой Турции. В Германии эту идею также всегда поддерживали далеко не все, а сейчас ее реализация вызывает еще больше вопросов.

Беседовал Александр Желенин

РОСБАЛТ – для Фонда им. Горчакова.

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги