Джузеппе Каппеллути: Казахстан и евразийская интеграция

08 июля 2014

Казахстан, без сомнения, одно из главных действующих лиц евразийской интеграции. Уже в 1994 году Нурсултан Назарбаев предлагал создание Союза евразийских государств с единой валютой, единым рынком, русским языком как основным рабочим, упрощенными процедурами обмена гражданством, наднациональным парламентом и сменным президентом.

Об этом пишет итальянский журналист, исследователь и эксперт в области мировой геополитики Джузеппе Каппеллути:

"Назарбаев был уверен, что с экономической точки зрения распад СССР был абсолютным нонсенсом, но в то время преобладали центробежные силы, и предложение осталось на бумаге. Единственный шаг вперед по созданию свободной экономической зоны между Россией, Казахстаном и Белоруссией сделали в 1995 году. Соглашение должно было действовать в качестве отправной точки для начала процесса экономической интеграции между постсоветскими странами. Но только в 2007 году страны подписали соглашение, позволяющее перейти к следующему этапу экономической интеграции, а именно к Таможенному Союзу, который включал бы в себя отмену пошлин между странами – членами союза и введение единого таможенного тарифа в отношении третьих стран. Однако евразийская интеграция вошла в активную фазу только в 2010 году и только 1 января 2012 года родилось Единое экономическое пространство, предполагающее свободное циркулирование товаров, услуг, капитала и рабочей силы между странами – участниками. Следующим шагом стало подписание договора о создании Евразийского экономического союза, который вступит в силу в 2015 году.

Явные общие преимущества от возникновения экономической интеграции – один из тех редких пунктов, с которыми соглашаются практически все эксперты в области экономики начиная от Давида Рикардо. Однако эти преимущества не одновременны. На первых порах, на самом деле, страны-участники могут понести финансовые потери из-за усиления конкуренции со стороны иностранного производства, особенно в сфере менее конкурентоспособных секторов. И только на следующем этапе потери будут сокращаться за счёт увеличения сектора, улучшения качества продукции и общего увеличения конкурентоспособности и повышения общих доходов для всех стран.

Казахстан, кажется, находится всё ещё в разгаре первой фазы. В 2012 году экспорт казахстанской продукции в Россию и Белоруссию показал падение на 3,7%, в то время как импорт возрастал. Казахстанской продукции трудно прорвать российский и белорусский рынок. Одна из основных причин этого снижения, без сомнения, неконкурентоспособность казахстанского производства, традиционно ориентированного на потребителя слишком маленького рынка, чтобы должным образом воспользоваться возможностью возрастающей отдачи от масштаба по многим цепочкам поставок. Обратная ситуация в России и Белоруссии. РФ имеет 140 миллионов жителей. А Белорусь, кроме сильной экономики, интегрированной в российскую, характеризуется крепкой системой машиностроения, специализирующейся на поставках, таких как тракторы и грузовые автомобили в советские времена, за что получила в своё время прозвище "Сборочного цеха СССР". Всё это делает более слабой позицию Казахстана в евразийском трио. Слабость Казахстана в том числе связана и с отсутствием диверсификации экономики, по-прежнему слишком привязанной к экспорту сырья, в основном – урана.

Однако уже сегодня можно увидеть признаки второго этапа. Данные казахстанского экспорта внимательному наблюдателю открывают признаки позитивных тенденций, которые трудно игнорировать. Снижение экпорта обусловлено в основном снижением цен на первичные материалы, в то время как на 17% вырос уровень экспорта готовой продукции. Экспорт этих видов составляет сейчас 59% от экспорта Казахстана в Россию и Белоруссию. В течение первых восьми месяцев 2013 года товарооборот между Россией и Казахстаном увеличился на 16% по сравнению с аналогичным периодом годом ранее, превысив $18 млрд. Восходящий тренд был также отмечен в лёгкой промышленности: в 2012 году, например, зарегистрирован рост в машиностроении - на 16,2 процента, производстве прочей неметаллической минеральной продукции - на 10,6 процента, химической промышленности - на 5,9 процента, фармацевтической промышленности - на 5,6 процента. Это явные признаки диверсификации экономики благодаря участию Казахстана в Таможенном союзе.

Такая диверсификация, безусловно, будет благоприятствовать заметному притоку иностранных инвестиций, особенно российских, которые и так в последние годы растут в геометрической прогрессии. С момента вступления в силу Таможенного союза в 2010 году и до 2012 года количество российских компаний, работающих в Казахстане, увеличилось на 30%, в то время как с 2012 по 2013 годы этот рост составил 80%. В первые десять месяцев 2013 года россияне в Казахстан вложили $16 млрд, из которых $1,2 млрд – прямые инвестиции. 10 500 из примерно 30000 иностранных компаний, в настоящее время работающих в Казахстане, российские, среди них такие гиганты, как Сбербанк, Газпром, Лукойл и АвтоВАЗ. Многочисленны и совместные проекты России и Казахстана, в том числе, и АвтоВАЗ - Azija Авто (сооружение в Усть-Каменогорске производственных мощностей до 120 000 автомобилей в год с созданием в общей сложности 12000 рабочих мест). Завод начнёт функционировать с 2016 года.

Сложно сказать сейчас, сможет ли экономика Казахстана вырваться на свободу, по крайней мере, частично, из бремени зависимости от экспорта сырья, но для этого есть возможности. Казахстан в конце концов не лишен сильных сторон. Одной из них является лёгкость ведения бизнеса. В рейтинге Doing Business, ежегодно публикуемом Всемирным банком, пятидесятую строчку занимает Казахстан, в то время, как Беларусь остается на шестьдесят втором месте, а Россия, которая несмотря на то, что и восстановила почти двадцать позиций по сравнению с 2012 годом, по-прежнему далеко позади двух других стран евразийского трио. Даже в области технологического развития Казахстан имеет высокие позиции: в рейтинге развития компьютерных технологий страна занимает первое место среди членов СНГ, а среди наследников Советского Союза технологически уступает только республикам Балтии. Однако самое большое богатство Казахстана – его расположение: находясь между Россией (то есть Европой), Китаем и исламскими странами, эта страна может стать идеальной отправной точкой для завоевания этих рынков Россией, а также выступать в качестве связующего звена между этими четырьмя мирами. Ещё более очевидным преимуществом на финансовом фронте является то, что в Казахстане средний налог составляет 17% по сравнению с 34% российского соседа и 52% в Беларуси. Но если налоговый режим в последней лишён сюрпризов, то в стране степей есть ряд непредвиденных, не указанных расходов, количество которых может сильно варьироваться. Кроме того, высокий уровень коррупции и уклонений от уплаты налогов не способствуют развитию страны.

В любом случае, есть множество российских инвесторов, которые рисуют положительную картину инвестиционного климата в Казахстане. Бюрократия, в конце концов, относительно тонка, культурные связи с соседней Россией сильны, отношение власти достаточно лояльное и уровень жизни продолжает расти. Казахстан в настоящее время – локомотив на полной скорости: в период с января по октябрь 2013 года его реальный ВВП вырос на 5,8%. Всё это вместе с постепенным укреплением геополитического положения России, которая в настоящее время вновь играет важную роль во внешней политике, вносит свой вклад в увеличение во всем мире интереса к Евразии. Евразийский союз сегодня совсем не свободен от ограничений: рынок в объеме 170 млн человек (который достигнет 180 млн в результате будущего присоединения Кыргызстана и Армении и роста численности населения во всех евразийских государствах, кроме Беларуси), теперь слишком мал, чтобы быть полностью самодостаточными (порог для самодостаточности, по данным некоторых исследований, составляет 200-250 миллионов человек). И в ряде областей Единый рынок существует только на бумаге. Для электроэнергии он не существует до 2015 года, страховых услуг - до 2019, поэтому единого финансового евразийского рынка свет не увидит до 2020 года. Кроме того, недавний кризис на Украине может негативно отразиться не только на экономике России, но и Казахстана, Беларуси и, вообще, стран СНГ. Но евразийские государства настроены серьёзно: Таможенный союз является органом, действующим в полном соответствии с правилами ВТО, а в 2012 году оригинальные 400 отступлений, предусмотренные в Договоре о Таможенном союзе, были уже сокращены до 70.

И тем не менее, несмотря на экономические показатели, место для сомнений всё же остаётся. Хотя подавляющее большинство населения выступает в пользу евразийской интеграции Казахстана (недавний доклад Евразийского банка развития показал, что 73% казахов считают выгодным участие в Таможенном союзе), недостатка в полемике нет. Критики евразийской интеграции, хотя их и немного, в марте 2013 года начали собирать подписи за общенациональный референдум по вопросу участия Казахстана в Таможенном союзе. Инициатива имела ограниченный успех, но причины для критики остаются. Многие жалуются на рост цен и иностранную конкуренцию, в то время как другие критикуют правительство за отсутствие внимания к общественному мнению. Но основная критика обобщена в двух риторических вопросах, исходящих от националистов. Они считают, что для страны с этнически тюркским и мусульманским большинством нежелательно принимать участие в проекте экономической интеграции со страной, которая доминировала на протяжении веков и которая, по их мнению, "несёт ответственность за её языковую русификацию, а также различные злодеяния". И не было бы более уместно смотреть в сторону Турции или других "станов" из Центральной Азии?

Эти вопросы далеко не беспочвенны. Казахстан по-прежнему многонациональная страна, но в последние десятилетия увеличение доли этнических казахов и представителей других азиатских этнических групп, таких как узбеки, шло рука об руку со снижением числа россиян и европейцев. Ясно, что страна переживает процесс исламизации, хотя роль религии в ней всё ещё остаётся ограниченной. Евразийский союз однако иногда принимает форму круга пророссийских или православных стран. Практически все страны, которые подали заявки на вступление в него, принадлежат хотя бы к одной из этих двух категорий. Предстоящее присоединение к союзу Кыргызстана, очень похожего на Казахстан с точки зрения этнической и культурной, будет носить ограниченный характер. Кыргызстан является бедной страной и сильно зависит от Казахстана и, особенно, России как с точки зрения экономики, так и безопасности. С другой стороны, надо подчеркнуть, что директивные органы Таможенного союза и ЕЭП имеют инструменты, которые эффективно способны предотвратить многие возможные неожиданные последствия, например, такие как назначение одного голоса для каждого пользователя.

Но как правда то, что Казахстан – не Россия, несмотря на сильное русское культурное влияние, то столь же верно, что, хотя и с некоторыми различиями между различными регионами, но его обычаи значительно более светские, чем у Турции или того же Узбекистана. Россия также не является моноэтнической страной: её меньшинства, в основном тюркские, славянские и кавказские, составляют около 20% населения, и эта доля в количественном выражении означает, что число российских граждан в размере чуть менее половины населения Италии не является этнически русскими. Такая же ситуация и в отношении мусульманских, буддистстких и других не православных меньшинств. Казахстан же, с другой стороны, любит называть себя евразийской страной, землей встречи Россией и Туркестана. И до тех пор, пока страна степей идентифицирует себя как "евразийская", не будет никакого противоречия между его национальной идентичностью и его лояльностью к России".

Перевод Екатерины Лексуновой.

Оригинал статьи – http://www.eurasia-rivista.org/il-kazakistan-e-lintegrazione-eurasiatica/20359/

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги