Александр Назаренко: Крещение Руси было необходимым государственным шагом

01 августа 2013

Почему князь Владимир выбрал для Руси именно православие, было ли это решение религиозным или политическим и как в наши дни взаимодействуют христианские церкви, в программе "Интервью с Константином Косачевым" рассказал руководитель Центра истории религии и церкви Института российской истории РАН Александр Назаренко.

Гость в студии "Голоса России" - Александр Васильевич Назаренко, руководитель Центра истории религии и церкви Института российской истории Российской академии наук (РАН), историк, филолог.

Программу ведет руководитель Россотрудничества, член Правления Фонда поддержки публичной дипломатии имени А.М. Горчакова Константин Косачев.

- Добрый день, утро или вечер, уважаемые слушатели радиостанции "Голос России". С вами, как всегда, я, Константин Косачев, руководитель Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству, спецпредставитель президента России по связям с государствами-участниками СНГ.

Наша передача посвящена большим и актуальным событиям, которых более чем достаточно в это летнее время, несмотря на начавшийся период отпусков. Одно из этих событий стоит особняком, потому что оно, безусловно, очень важно для России, но вместе с тем выходит далеко за пределы наших национальных границ - и политических, и духовных.

Я говорю о 1025-летии Крещения Руси, празднике, который широко отмечался в минувшие дни. Кульминацией стало 28 июля. Широко отмечался этот праздник в минувшие дни и в России, и в других странах, где Крещение является своим праздником, отмечался этот праздник в более широком контексте в православном и христианском мире.

Мой компетентный собеседник - Александр Васильевич Назаренко, российский историк, филолог, руководитель Центра истории религии и церкви Института российской истории РАН. Человек, который посвятил всю свою судьбу и жизнь вопросам истории религии и Церкви в более широком контексте, чем нынешняя дата. Но мы обязательно будем говорить об этом и применительно к дате. Тем более вы только что вернулись из Киева, где принимали участие в мероприятиях, посвященных 1025-летию Крещения.

- Да, вы совершенно правы, так оно и было. Понятно, что в такой замечательный юбилей, как государственный, так и общественный, без научной составляющей не обойтись, и она была. Организаторами выступили Украинская академия наук, Дипломатическая академия Украины, Россотрудничество, благотворительный фонд "Духовная Украина", который выступает за сохранение и развития духовных связей трех братских восточнославянских народов - русского, украинского и белорусского.

Была научная конференция в плане участников, а публика была самой разной. Мне кажется, все было хорошо и успешно. Ученые поговорили о важных, интересующих их вещах. Люди интересующиеся смогли поближе познакомиться с тем, чем занимаются ученые, которые непосредственно живут проблематикой, связанной с ранней историей церкви.

- О том, чем занимаются ученые, мы обязательно поговорим, но сначала я бы хотел обсудить тему нынешнего праздника. Я ознакомился с его предысторией и обнаружил, что впервые юбилей (тогда это было 900-летие Крещения) праздновался в Российской империи в 1888 году. Тогда центром торжеств стал Киев. Присутствовал обер-прокурор Святейшего Синода Константин Победоносцев.

Тогда главным событием празднования стало открытие благотворительных заведений для приюта старых и калек. У этого праздника была гуманитарная составляющая. Во всех последующих юбилейных сюжетах не обходилось без политики.

950-летие Крещения Руси в 1938 году по понятным причинам в Советском Союзе не праздновалось, но Русская православная церковь за границей не обошла своим вниманием это событие. 1000-летие в 1988 году в СССР праздновалось, но как внутрицерковный юбилей. Тогда основные торжества проходили в столице, в Даниловом монастыре.

- И чуть-чуть в Большом театре.

- Да. А потом пошли "10-летние" даты. В частности, 1020-летие в 2008 году праздновалось в Киеве на церковном и государственном уровне. Там тоже собрались патриархи. Со стороны Московского патриархата был покойный Алексий II.

С точки зрения нашего законодательства памятная дата - День Крещения Руси - установлена в России с 2010 года. Это не выходной день, просто сейчас он попал на выходные. Тем не менее, это решение Федерального собрания, утвержденное президентом Российской Федерации. Для нас это тоже государственный праздник, но в режиме памятной даты.

В России, на Украине, в Белоруссии не утихают страсти вокруг этой даты, этого события, они не носят церковного характера. Это скорее страсти политические. Мы видели, что в Киев не приехал президент Белоруссии. Мы видели, сколько было дискуссий вокруг того, что в Киев приехал президент России. Мы следили за тем, как это обсуждалось в официальных кругах, в блогосфере.

С вашей точки зрения, этот праздник сохраняет свой исторический, церковный характер, или политика заслоняет все?

- Прежде всего это зависит от конкретных людей. Для людей, которые не видят ничего, кроме сиюминутной политической конъюнктуры, это важнее всего.

Поговорим об исторической сути. Что такое 28 июля? Это церковная память Владимира Святого - святителя Руси. В этот день церковь поминает его как равноапостольного крестителя Руси. Эта календарная дата - уже церковный праздник. В этом смысле его церковная "субстанция", "закваска", основа налицо. Она всегда есть, была и будет сохраняться, с моей точки зрения как историка, она составляет и историческую основу.

В нашей тысячелетней истории (в общей истории восточноевропейского христианского пространства), которая делала политически единой нашу родину, были периоды, когда это пространство распадалось на различные политические организмы. Это происходит не только сейчас, это не в первый раз.

Вспомним XIV век, эпоху Сергия Радонежского, Дмитрия Донского - это ключевые фигуры того времени. Тогда ситуация политически и государственно очень напоминало нынешнюю. Было Великое княжество Московское, в которое входил Новгород. И было Великое княжество Литовское, которое еще не было в унии с польским королевством, которое объединяло все западные древнерусские земли.

Единственной скрепой, не только духовной, но и реально организационной, институциональной (церковь еще и институт, а не только некая духовная сущность), была церковь. Она была скрепой некогда политически единого древнерусского пространства. Потом Москва снова собрала все пространство в единый организационный комплекс.

Сейчас опять наступил период политической дивергенции на этом пространстве. Снова церковь остается институтом, который, как единый купол, покрывает огромный простор. В этом смысле церковное оказывается прежде всего.

- Еще немного о политике. Приведу цитату одного из депутатов Верховной рады: "Если сюда приезжает Путин, я спрашиваю: а он какое отношение имеет к Крещению Руси? Была тогда Московия вообще на свете Божьем? Владимиро-Суздальское княжество - это вторая половина XII века. Лучше бы они изучали финскую или татарско-монгольскую историю и там бы искали свои корни". Что бы вы ответили?

- Если кратко, то историю надо изучать прежде всего этому депутату. Из такой постановки вопроса следует его незнание самых элементарных вещей, связанных с древнейшей историей собственного народа. Крещение - не сиюминутное событие, а некий процесс, растянувшийся на длительное время, поэтому будем говорить примерно о конце X-XII веках.

В это время Русь представляла собой единый обширный политический организм, в который, кроме собственно Киевского княжества, входила Смоленская, Полоцкая, Новгородская, Владимиро-Суздальская, Черниговская (несмотря на то, что Чернигов для современного уха ассоциируется только с соответствующим областным центром на Украине, в то время Черниговская земля простиралась от Днепровского левобережья до Рязани и Мурома) земли. Я уже не говорю о Смоленской земле, которая, если смотреть на нынешнюю политическую карту, тоже, казалось бы, поделена на куски.

Разъять тогдашние политические обстоятельства в соответствии с нынешними границами просто невозможно. Мы получили бы "обрубки", "куски", которые тогда не существовали ни в каком виде. Не нужно проецировать внешнюю политическую ситуацию того времени на современность.

Нужно отчетливо понимать, что ни великоросского, ни украинского (малоросского), ни белорусского народов в момент Крещения еще не было. Они даже не начинали нарождаться. Тогда было единое древнерусское пространство, единое древнерусское государственное, политическое, национальное самосознание, единая древнерусская церковь. Нынешний юбилей отчасти и символизирует это единство, поэтому он нам так дорог.

- Существует мнение (не знаю, насколько оно распространено, но я его слышал), что князь Владимир крестил Русь насильно, а значит нельзя говорить, что православие - это свободный выбор русского народа. Что об этом говорит историческая наука?

- Безусловно, огромные по размаху процессы, охватывающие в данном случае территорию всего государства (а надо сказать, что государство было огромное - от Киева до Балтики и от Карпат до Волги), такие огромные массы людей, не могли происходить "стерильно", гладко и по какому-то голосованию, как сейчас хотелось бы кое-кому.

В то же время каких-то чудовищных кровавых эксцессов, когда кого-то насильно мечами сгоняют в купель, а нежелающих немедленно казнят, источники не доносят. Лучше всего мы осведомлены о событиях, происходивших непосредственно в Киеве, о так называемом Крещении киевлян.

Князь Владимир высылает своего бирича (гонца, герольда, глашатая) и говорит, мол, завтра на Почайне (а Почайна - это днепровская затока в Киеве, очень мелкая, утонуть там было невозможно даже при желании) будет крещение. Я-то уже, дескать, крестился с дружиной своей, а завтра настал ваш черед, приходите. А кто не придет - тот мне враг. Вот и все. А кому хотелось быть врагом князя?

- Убедительное предложение.

- Я думаю, что если что-нибудь подобное огласить сейчас, народ бы потянулся, несмотря на все свое свободомыслие. И это выглядело бы примерно так же. Тогда это было добровольно - палками в реку никто не загонял. Но получается, что отчасти насильственно, потому что по приказу князя.

Наш первый русский митрополит Илларион, знаменитый богослов середины XI века, что хорошо было для него во Владимире, что в нем "благоверие было с властью сопряжено". Собственно, это сопряжение и позволило превратить личный благодатный выбор князя, его личное крещение в акт государственной жизни, событие, которое определило всю дальнейшую историю нашего государства.

А был бы какой-нибудь более мягкотелый, более недальновидный, никудышный государственный деятель на месте Владимира, может быть, Крещение Руси затянулось бы еще лет на 150. Я не думаю, что это было бы лучше. Христианизация была абсолютно необходимым государственным шагом, рано или поздно она должна была состояться. Владимир сделал то, что сделал, и мы должны быть ему глубоко благодарны.

- Мой следующий вопрос, наверное, наивен, но я не могу его не задать. Помню историю из школьных учебников, как рассылались гонцы в разные страны, чтобы посмотреть на разные церкви, на разные религии.

- Да, так называемый выбор вер.

- Константинополь понравился, София произвела впечатление. Это так и было?

- Совершено справедливо.

- Это действительно стало решающим аргументом в пользу выбора христианства для Владимира или, может быть, роль сыграла бабушка Ольга, крестившаяся раньше?

- Высчитывать какие-то доли, проценты влияния очень сложно.

- Но все это было?

- Это составные части летописного рассказа. Древнерусская летопись, созданная в конце XI - начале XII века, 100 лет спустя после этих событий, ретроспективно все это описывает. Конечно, еще живы все воспоминания.

В летопись включен так называемый рассказ "об испытании вер" Владимиром. Прежде, чем креститься самому и крестить Русь, он разослал посольства в разные края, в том числе и к мусульманам, и в Хазарию, где элита была иудоизирована, и в католическую церковь, и в Константинополь. По итогам этих посольств он и сделал свой выбор.

Но, конечно, мы должны понимать, что в буквальном смысле ничего этого не было, что это некая притча, в которой суммирован широкий политический горизонт международных связей Руси того времени, который так или иначе учитывался Владимиром при принятии своего не только церковного, но и политического решения.

С другой стороны, почему Константинополь? Красота константипольского богослужения - это, безусловно, факт. Посольство Владимира в Константинополе было, и не одно. Конечно же, их водили в Софию, еще язычников, потому что это была обычная миссионерская практика константинопольских властей, как патриарха, так и императора - если прибывало иностранное посольство, не только представители другой веры, но и христиане тоже, их вели в церковь, чтобы показать это богослужение.

Так что все, кто видел Софию, даже в нынешнем усеченном виде, должны себе представлять, какое впечатление она производила на послов. Иногда люди философствующие и богословствующие видят в выборе веры глубокие этнокультурные аспекты. Выбор был наполовину эстетическим, привлекла именно красота, не догматическая глубина, не какие-то рассуждения, не речи миссионеров, а именно красота богослужения, литургическая сторона церковного дела произвела неизгладимое впечатление.

В этом проявляется эстетическая сторона славянской натуры. Может быть, в это мне как историку труднее вдаваться, но факт налицо: посольства были, и, конечно, красота воздействовала на язычников, не только на русских, но и, безусловно, на всех.

- Будем считать, что историческую часть более-менее вскрыли. Общий вывод - история неделима.

Чуть ближе к современности. Празднования, посвященные 1025-летию, начинались, как известно, в Москве. Еще 25 июля президент России встретился со Святейшим патриархом Кириллом и с предстоятелями, представителями поместных православных церквей, которые приехали в Москву.

Тогда впервые, насколько я понимаю, в Кремле собрались предстоятели иерархий всех 15 автокефальных православных церквей, я их на всякий случай перечислю: Константинопольской, Александрийской, Антиохийской, Иерусалимской, Русской, Грузинской, Сербской, Румынской, Болгарской, Кипрской, Элладской, Албанской, Польской, Чешских земель и Словакии, а также Православной церкви в Америке.

Вот такое произошло важное событие. Потом предстоятели и иерархи вместе были в Киеве. Насколько я понимаю, они сейчас вместе или, во всяком случае, большей частью, в Минске. Произошло и в этом смысле большое историческое событие.

И, тем не менее, известно, что церкви продолжают друг с другом соперничать, бороться за верховенство, за главенство. Известна ситуация на Украине, во многих других местах. На ваш взгляд, ситуация внутри православной церкви с точки зрения единства или его отсутствия чем-то принципиально отличается от ситуации в других конфессиях?

- Вы имеете в виду православную церковь целиком, не именно Русскую?

- Конечно.

- В принципе ситуация отличается, это визуально заметно. Вроде бы у католической церкви один предстоятель, а у нас патриархов множество, так сложилось исторически.

Если мы станем мысленно погружаться в глубь веков, мы достигнем некоторого уровня. Например, IX, X и XI столетия - это как раз то время, когда произошло знаменитое разделение церквей на западную католическую и восточную православную. В это время, еще в пору единства, до разделения церкви, была ситуация так называемой пентархии, то есть существовало пять православных - тогда все были православными, в том числе и римские - патриархатов.

Вся территория Вселенского православия делилась на территории, юрисдикции этих пяти патриархатов - Римского, Константинопольского, Антиохийского, Иерусалимского и Александрийского, они и сейчас существуют. Так исторически сложилось. Это не значит, что все они были равнозначны по числу верующих, по своим организационным возможностям. Патриарх - это первенство чести по своему историческому значению, по апостольской преемственности столичных кафедр.

Когда Рим ушел из-под власти Византийской империи, состоялось разделение, Папа Римский стал все больше и больше концентрировать в своих руках и политическую, и церковную власть, объединять христиан латинской культуры. У нас же все осталось по-прежнему, мы сохранили восточное православие, изначальную ситуацию, как она была.

А то, что у них получилось единство всего западного, латинского мира, теперь очень большого, а когда-то не очень, связано с позднейшими обстоятельствами, с экспансией европейской культуры новейшего времени и, соответственно, западной церкви, под влияние которой попала Латинская Америка и многие другие части света.

Получается, что мы сейчас вроде бы раздроблены, а они - большие и единые. Но исторически все было одинаково, и мы сохраняем эту историческую ситуацию и память о ней на организационном уровне. Постепенно добавляются новые церкви в этот список - такова восточная православная традиция.

- Возвращаясь к центру, который вы возглавляете, - это Центр истории религии и церкви Института российской истории Российской академии наук. Когда этот центр появился, по чьей инициативе, чем он занимается?

- Хороший вопрос, потому что он нас возвращает к юбилею, 1988 году. Центр возник на волне празднования 1000-летнего юбилея Крещения Руси в 1988 году, тогда еще в Институте истории Академии наук СССР.

Возглавил его тогда Ярослав Николаевич Щапов, известный церковный историк, сейчас, к сожалению, уже покойный. С тех пор центр благополучно существует, развивается, теперь уже в стенах Института российской истории Российской академии наук. Мы надеемся, что будут и другие юбилеи.

- Вы занимаетесь только православием, только христианством? Или всеми конфессиями без исключения?

- Всеми, конечно. Это все-таки академический институт, Институт российской истории, а не институт Русской православной церкви. У нас Центр истории религии и церкви, Русская православная церковь входит туда как существенная, может быть, даже очень большая составная часть.

Остальные исповедания, безусловно, тоже представлены. Мы надеемся скоро получить в состав нашего центра хорошего иудаиста. Разумеется, даже такие вещи как историческое язычество, да и не только историческое - сейчас, как вы знаете, новодельные языческие культы кое-где возникают и очень громко о себе заявляют, настолько громко, что это совершенно не соответствует их реальному значению.

Но все это, тем не менее, заслуживает изучения как общественное явление. Это и является предметом внимания нашего центра.

- Очень важный предмет, наверное, для любого человека, который любит и знает свою историю, который хочет сохранить свою духовность. Но он сейчас, по нынешним временам, с чего мы начинали наш разговор, оказывается очень востребованным и с точки зрения большой политики, которую пытаются связать с очень важными историческими и духовными темами.

- Так было всегда.

- Спасибо большое. Я хотел бы напомнить, что моим гостем в студии был Александр Васильевич Назаренко, российский историк, филолог, руководитель Центра истории религии и церкви Института российской истории Российской академии наук.

Я хотел бы поздравить с этой датой, почти что круглой, - 1025-летием Крещения Руси - всех, кто верует и считает эту дату важной составляющей частью своей веры, всех, кто хочет знать, знает свою историю. И не в последнюю очередь пожелать политикам, которые возвращаются к этой дате, все-таки помнить, что история неделима, что религия в конечном итоге создавалась для того, чтобы объединять людей, а не для того, чтобы их разъединять.

- Смысл самого латинского слова "религия" - "связь".

- Совершенно верно. С вами, как всегда, был я, Константин Косачев, руководитель Россотрудничества и спецпредставитель Президента России. Смотрите нас, слушайте нас, спорьте с нами. Но самое главное - будьте с нами. До новых встреч в эфире!

Источник – "Голос России".

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им.Горчакова. 

Теги