10 лет мюнхенской речи Путина: зря не прислушались

21 февраля 2017

Десять лет назад Президент РФ Владимир Путин выступил на Мюнхенской конференции по безопасности с речью, в которой он обрисовал взгляды России на основы международных отношений, на главные вызовы, стоящие перед мировым сообществом и пути их преодоления.

С 2007 года случилось многое: сменялись режимы, происходили революции и перевороты, появилось несколько острейших международных кризисов, Россия и Запад то налаживали отношения, то резко расходились. Но, по мнению экспертов, оценки международной ситуации, данные тогда российским президентом, актуальны до сих пор, как и многие его предложения.

Организаторы Мюнхенской конференции, видимо, это хорошо понимают – не случайно они пытались пригласить Путина выступить в 2017 году, в юбилей его знаменитой речи.

"В 2007 году у нас было выступление президента Путина. И я не хочу замалчивать, что я приложил большие усилия, в декабре сам ездил в Москву, чтобы поддержать идею о том, что было бы очень мило, если бы в 2017 году, через 10 лет после 2007 года, он снова здесь выступил, чтобы обобщить то, что произошло за 10 лет. Но в Москве обдумали это, результат известен — в этом году он не приедет. Но мяч остается на нашей стороне, и мы будем пытаться сделать это в следующем году еще раз. Если в этом году это не получилось, возможно, получится в следующем", — заявил глава конференции, немецкий дипломат Вольфганг Ишингер.

Мюнхенская конференция была основана в 1963 году как "заседание представителей оборонных ведомств" стран-членов НАТО. В настоящее время это международный дискуссионный форум, собирающий политиков, дипломатов, военных, бизнесменов, научных и общественных деятелей из более чем 40 стран мира (участников НАТО и Евросоюза, а также государств, играющих важную роль на мировой арене — России, Китая, Японии, Индии и других).

Зря не прислушались

Выступая в Мюнхене в 2007 году, Путин начал с темы современной модели международных отношений. Он подчеркнул, что однополярный мир не только неприемлем, но и вообще невозможен. При этом очевидно, что когда речь шла об однополярной модели, имелись в виду попытки Запада, прежде всего – США, удержать свое доминирование.

"Отдельные нормы, да, по сути — чуть ли не вся система права одного государства, прежде всего, конечно, Соединенных Штатов, перешагнула свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере навязывается другим государствам. Ну, кому это понравится?" — возмущался российский президент.

По мнению председателя президиума Совета по внешней и оборонной политике Федора Лукьянова, к сожалению, к словам российского президента тогда не прислушались, во всяком случае – в прикладном смысле.

"Его речь была воспринята всерьез, но не привела к осмыслению и изменению политики. Ее восприняли как гнев России, как то, что Россия недовольна, а то, что он, вообще-то, предупреждал о каких-то серьезных вещах, о дисбалансах, которые с неизбежностью приведут к перекосам и проблемам, это предпочли списать на неудовлетворение России своим положением, что имело место, безусловно. Но в дальнейшем выяснилось, и это стало проявляться почти сразу, 2008 год мы помним крупный конфликт, что Путин, в общем, предупреждал об опасностях, которые потом начали происходить", — считает эксперт.

Он подчеркнул, что сейчас уже всеми признано, что модель американского доминирования, западного доминирования, которая утвердилась после "холодной войны", закончилась. "Но дальнейшее пока неясно, многополярный полицентричный мир пришел, но как он будет выглядеть, как он будет регулироваться, какова будет роль США, которые явно перенапряглись под бременем гегемонии, но, естественно никуда не деваются как самая сильная крупная и влиятельная страна мира", — указал Лукьянов.

Усугубляет ситуацию то, что центр прошлого доминирования – США – сейчас и сам проходит через период неопределенности. "Что будет при (новом президенте США Дональде – ред.) Трампе сказать пока трудно, потому что Трамп пока пребывает в состоянии такого лихорадочного бросания из крайности в крайность и поиска каких-то своих подходов. Боюсь, что в ближайшие месяцы будет продолжаться такая вот чехарда, и мы, в общем, только после этого сможем понять, а чего он собственно хочет и самое главное, как он хочет этого добиваться", — отметил Лукьянов.

Не по-Ганди

Во многом в связке с темой попыток доминирования отдельных государств Путин в Мюнхене говорил и об использовании военных методов для разрешения кризисов. Президент тогда обратил внимание на то, что некоторые страны очень легко идут на участие в операциях, которые трудно назвать легитимными. Он признал, что смотреть безучастно на различные конфликты нельзя, но при этом высказал мнение, что таким угрозам можно противостоять и мирно.

"Ведь произошел же мирный переход к демократии в нашей стране? Ведь состоялась же мирная трансформация советского режима — мирная трансформация! И какого режима! С каким количеством оружия, в том числе ядерного оружия! Почему же сейчас, при каждом удобном случае нужно бомбить и стрелять?" — отметил российский президент.

Страны Запада и их союзники, однако, предпочли этого не услышать и продолжили свою линию на решение многих международных проблем военными методами. Тем удивительнее резкая реакция на случаи, когда и сама России прибегала к силе, например – в ситуации вокруг Грузии в 2008 году или в Сирии.

"Силу либо не применяет никто, либо применяют все. Да, Путин критиковал, он говорил о силовых подходах, которые не учитывают интересы важных игроков, которые не учитывают обстоятельства. Когда он произносил эту речь, уже все было известно и понятно, были сделаны все выводы многочисленные относительно американского вторжения в Ирак, насколько деструктивным и бессмысленным оно было, но потом мы видели повторение схожей ситуации в Ливии. Путин говорил, что эти действия вообще никуда не ведут, опять же, его, в общем, не услышали, а тогда уже ничего не остается", — подчеркнул в связи с этим Лукьянов.

"Россия никогда не разделяла философию Ганди, что государство, как держава должно смиренно ждать, когда нанесут удар, это не в русской национальной традиции. Поэтому раз применение силы стало серьезным фактором международных отношений, Россия тоже стала это делать. Насколько это эффективно и правомерно можно долго дискутировать, но поскольку так вышло, что сила вернулась, и не Москва, и не Путин стали в этом "законодателями мод", то, что Россия стала отвечать теми же методами, это вполне естественно", — подытожил он.

Нет доверия

Уже в 2007 году – задолго до того, как террористические организации, такие как запрещенные в РФ "Исламское государство", "Джебхат ан-Нусра" и другие стали захватывать на Ближнем Востоке территории, сравнимые по площади с некоторыми странами – Путин указывал на необходимость максимально широкого сотрудничества по антитеррору.

"Появились принципиально новые угрозы, которые и раньше были известны, но сегодня приобретают глобальный характер, такие, как терроризм. Убежден, мы подошли к тому рубежному моменту, когда должны серьезно задуматься над всей архитектурой глобальной безопасности", — говорил в Мюнхене российский президент.

Но начать бороться с терроризмом совместно не получилось ни в 2007 году, ни позднее. "По ряду причин, боюсь, объективного характера, никогда из этого ничего не получалось, потому что практика показала, что, когда какое-то государство, серьезное государство, сталкивается реально с проблемой терроризма, нападения, атаки на него со стороны террористических сил, в общем-то оно полагается прежде всего и прежде всего на себя", — пояснил Лукьянов.

Он подчеркнул, что сотрудничество в этой сфере необходимо, но "уровень взаимного доверия низкий, между Россией и США в частности".

"Это очень деликатная сфера, сотрудничество всерьез по борьбе с терроризмом, здесь нужно делиться сведениями, которые относятся к сфере национальной безопасности той и другой страны, поэтому как-то вот не получается. Боюсь, что сейчас, несмотря на то, что и США, и Трамп на это нацелен, но опять же, (экс-президент США Джордж — ред.) Буш 15 лет назад тоже был на это нацелен, доверия же нет не потому, что кто-то плохой или хороший, а потому что разбалансирована система и нет представления, как этот баланс восстановить. Баланс восстановится — появится доверие. И доверие здесь не в смысле, как человеческая теплота и понимание, а доверие как институциональный фактор, то есть возможность проверять и удостоверяться в намерениях и действиях партнера", — считает эксперт.

В свою очередь, вице-президент ПИР-центра, бывший начальник международно-договорного управления минобороны РФ генерал-лейтенант Евгений Бужинский высказал мнение о том, что широкий фронт по борьбе с терроризмом не состоялся, в том числе, потому что его потенциальные участники не могут договориться даже о том, кого считать террористами.

"Аль-Каида" в США признана террористической организацией. И любое действие "Аль-Каиды" на территории США — это террористический акт. А действия "Ан-Нусры" в Сирии – это борьба за свободу. В Сирии они не террористы, они борцы за свободу", — привел он пример разногласий.

"Для одних террористы, для других — борцы за свободу, отсюда и происходит все непонимание. Мы пытаемся доказать американцам, что это террористические группировки, а они говорят: нет, это все-таки ближе к умеренной оппозиции", — отметил Бужинский.

Расширение НАТО как цирк и фарс

Затронул Путин в своем выступлении в Мюнхене и вопрос отношений России и НАТО. Он, в частности, высказал мнение о том, что процесс расширения альянса не имеет никакого отношения к модернизации или к обеспечению безопасности в Европе. "Это серьезно провоцирующий фактор, снижающий уровень взаимного доверия. И у нас есть справедливое право откровенно спросить — против кого это расширение?" — задавался президент вопросом.

Вопрос открыт и сейчас. Во всяком случае, несмотря на обеспокоенность Москвы, НАТО продолжает курс на расширение. Последний шаг в этом направлении был сделан совсем недавно — 19 мая 2016 года был подписан протокол о вступлении Черногории в альянс. После его ратификации всеми странами-членами Черногория сможет стать полноправным членом НАТО. Как сообщил 14 февраля 2017 года генсек альянса Йенс Столтенберг, документ ратифицировали уже 24 страны НАТО из 28.

Будет ли так и дальше? Возможно, что и нет. Эксперты считаю, что после принятия Черногории процесс расширения альянса затормозится. "Расширение НАТО – это один из аспектов обеспокоенности России. Он был, он есть и он, я думаю, и останется. Хотя, я думаю, что в ближайшей перспективе, да даже в среднесрочной перспективе, кроме Черногории, никакого расширения НАТО, я имею в виду то, что нас больше всего беспокоит, это Грузия и Украина, этого не будет", — отметил Бужинский.

С ним согласен и Лукьянов. "Мне кажется, что расширение НАТО, по сути, остановилось. Вот этот вот цирк и фарс, который называется расширение НАТО на Черногорию, я бы всерьез не воспринимал", — сказал он.

"Это такая уже инерция прошлого, когда был набран темп и считалось, что это никак уже не остановится. Но мне кажется, что это последний кандидат, от которого никому уже ни холодно, ни жарко. Это для кого-то вопрос принципа, для кого-то еще какой-то вопрос, по сути, это уже ничего не меняет. А серьезное дальнейшее расширение, на мой взгляд, уже закончено, как Путин и предупреждал, ничего хорошего не будет, ничего хорошего и не было, оно привело к войне на Украине, в частности, именно расширение НАТО", — добавил эксперт.

По мнению Лукьянова, НАТО активно расширялась до тех пор, пока это почти ничего не стоило, а как только это оказалось очень затратным во всех смыслах мероприятием, "тут же желание сильно убыло". Кроме расходов есть и геополитические риски, и именно из-за них перспектив в НАТО нет, например, у той же Украины.

"Украина может проводить сколько угодно референдумов по вступлению в альянс. Это ее суверенное право, но никто из самого НАТО всерьез не говорит о том, что Украина может вступить в альянс, потому что, кому нужен такой риск. Так что я думаю, что фактически расширение НАТО на сегодняшний день закончилось, не знаю, что будет через 10 и 20 лет, но сейчас тема исчерпана. То, что она исчерпана в результате такого острого и трагического конфликта, это беда, но это тоже свидетельство того, что 10 лет назад Путина никто не услышал", — отметил Лукьянов.

Очень точный диагноз

Зарубежные эксперты считают, что основные тезисы мюнхенской речи Путина актуальны и сегодня.

"По-моему, оценка мирового порядка, высказанная президентом Путиным в 2007-м, своей релевантности нисколько не потеряла. Я не говорю, что мир не изменился, потому что меняется он постоянно, но сложившаяся на данный момент общая ситуация и вправду представляет собой торжество тех принципов, от которых он призывал отказаться. США, ЕС и НАТО движутся в направлении, исключающем мир как между Россией и Западом, так и во всем мире", — сказал РИА Новости политический аналитик и бывший вице-спикер бельгийского парламента Лоде Ваноост.

Со своей стороны, сербский политолог Александр Павич высказал мнение, что тогда в Мюнхене российский президент очень четко определил главные "болевые точки" международной системы.

"Эта речь была одновременно и пророчеством, и очень точным диагнозом состояния мира. Путин четко определил главную проблему — существование однополярного мира, из-за которого не уважаются никакие правила и все лишь подчиняется воле сильнейшего. Естественно, это приводит к росту напряженности, и это мы видели на примере событий, которые произошли как до, так и после выступления российского президента", — сказал эксперт.

"В 2007 году Путину было очевидно, в каком направлении движется мир, и затем стало еще более ясно, насколько он был прав: последовало одностороннее провозглашение независимости так называемой Республики Косово, затем война в Грузии, спровоцированная столицами западных государств, агрессия против Ливии и вообще "Арабская весна". Ну, а затем и агрессия против Сирии, путч в Киеве и война на Украине", — отметил Павич.

Источник – РИА "Новости".

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги