Ляна Дымова: Феномен общества

31 июля

Ляна Дымова: Феномен общества "постправды". Эффект против истины

Феномен общества "постправды", описывающий такую ситуацию, в которой объективные факты менее важны для формирования общественного мнения, чем обращение к эмоциям и личным убеждениям, является на сегодняшний день одной из наиболее острых тем для обсуждения, поскольку он размывает границу между истиной и вымыслом, делает ее все менее отчетливой.

Об этом пишет сотрудник Фонда поддержки публичной дипломатии имени А.М. Горчакова Ляна Дымова:

"За последний год стала очевидна тенденция, что публика в меньшей степени уделяет внимание высказываниям с точки зрения их правдивости или неправдивости и больше смотрит на то, насколько они эффектны.

Более того, средства массовой информации и социальные сети не просто искажают факты, а рождают некую новую реальность, в которой уже действуют иные законы распространения и восприятия информации. И если некоторое время назад орудие "постправды" было прерогативой исключительно СМИ, то сегодня оно заняло прочные позиции в международно-политическом дискурсе. Об этом открыто заявил заместитель Госсекретаря США Брюс Уортон в своей статье "Публичная дипломатия и общество постправды". Согласно Уортону, главная задача публичной дипломатии – работа с общественным мнением, его формирование в выгодном для США направлении и подготовка к "нужному" восприятию тех или иных событий.

Однако если в статье Б. Уортона прямого указания на Россию нет (есть только вполне откровенные намеки), то в недавно опубликованной статье отца-основателя концепции "мягкой мощи" Джозефа Ная уже нет намеков и экивоков. Само название статьи ("Некоторые жестокие уроки использования мягкой силы для России") открыто указывает на Россию как на главную мишень критики. Най утверждает, что российские методы публичной дипломатии направлены на "дискредитацию" неких ценностей евроатлантического сообщества и "вмешательство" в демократический процесс. Таким образом, обличение лицемерия западных элит и использование прямолинейной риторики обыгрывается в негативном ключе и в конечном счете играет против самой России, в адрес которой звучат обвинения в ведении пропаганды и "гибридной войны" (что странно, поскольку эта концепция на протяжении многих лет подробно разрабатывалась именно в США). Попытки рационализации политического дискурса и апелляции к сухим фактам и разумным выводам наталкиваются на шквал эмоциональных оценок и уже сложившийся в умах образ "врага".

Имеем в виду, что эмоциональная составляющая политического процесса присутствует всегда (например, голосуя за того или иного кандидата избиратели не всегда, если не сказать редко, руководствуются рациональными доводами). Поэтому полное игнорирование эмоциональной составляющей политики создает чересчур однобокую картину мира и не позволяет составить целостное впечатление о том, какие настроения царят среди тех или иных групп населения. В этой связи важно, с одной стороны, чуткое восприятие настроя масс и их ожиданий, а также учет исторического и бытового опыта населения, с другой – важно не допустить злоупотребления обращения к образам и эмоциям взамен обращения к фактам и объективным обстоятельствам. Такая стратегия предполагает крайне взвешенный и продуманный подход к проведению тех или иных мероприятий, в том числе, в области публичной дипломатии".